Меню 
Skip to content
 

Погода или долой стереотипы

Погода или долой стереотипыЕсли хочешь ошибиться — начни строить прогнозы. Только-только, совсем недавно, мы с приятелем, да и другие коллеги, неплохо половили сорогу. Из разных окрестных мест стали поступать сигналы о выходах рыбы, и показалось, что наконец-то начался весенний жор. Но внезапно все прекратилось.

Вот уже несколько дней погода не дает нашему брату расслабиться и получить удовольствие от рыбалки. Конец марта, а по утрам мороз за двадцать, и ветер днем порывами за десять. И последний субботний выезд в окрестности Мяксы не принес удовлетворения: на двоих поймали пяток стограммовых сорожек да пару околозачетных окуни-шек. Какая это рыбалка?!И вдруг наш знакомый, Дима по прозвищу Shrek, выкладывает в интернете интересный отчет о воскресной рыбалке в районе Раменских островов, где ему с отцом под конец дня удалось на мормышку с опарышем поймать вполне товарных окуней. Перезвонив, узнал у Shrek'a конкретное место. Когда определил точку по карте, взгрустнул: точка была за пределами наших обычных пеших рыбалок, а Дима с отцом добирались туда на мотобуксировщике, именуемом в народе «собакой». От мысли посетить окуневое место пришлось отказаться. Позвонил приятелю, поделился горем, а в ответ слышу: «А давай завтра сходим!» Хм, хм... Ну пошли...

Утреннее небо играло палитрой красок от празднично-оранжевой на востоке до глубоко-сиреневой на западе. Накатанная «буранка» держала хорошо, за шутками-прибаутками дорога получилась короче — два часа пролетели незаметно. Постепенно открывались просторы, где пешеход выглядел чужаком. Кое-где виднелись рыболовы, но но в отличие от нас их неизменно сопровождал силуэт «собаки» или снегохода. Наконец стрелка на экране навигатора уперлась в нужную точку. Лед, словно хлеб в бутерброде, был щедро, «по-украински», прикрыт ломтем снежного сала. До воды удавалось пробиться с величайшим трудом.

Распустил безмотылку — дно оказалось всего лишь в полуметре от нижней кромки метрового панциря. Накануне Дима поведал, что очень хорошо ловилось именно на опарыша. Это был один из побудительных мотивов, заставивших меня совершить столь дальний поход, — очень хотелось проверить безмотыльные приманки в новых для меня условиях. Испытать родившуюся всего лишь несколько лет назад, но возрастающую и укрепляющуюся с каждым сезоном веру в безмотылку. Коллеги, которые попадались нам по пути, тоже ловили на мормышку с опарышем. Мой приятель был не столь фанатичным поклонником безмотылки и мог себе позволить сдобрить крючок наживками.

Ветер равномерно давил с юго-востока. Щеки слегка пощипывал мороз. Я сосредоточился на проводке. Равномерные движения кивка почти сразу же вызвали резкую поклевку. Матросик, но никто не обещал, что будет легко. Еще минута с разнообразной тряской мормышки — и опять окунек, побольше. А вот и первый «двухсотничек» заполнил душу радостной надеждой, что праздник безмотылки может состояться. Уступив приятелю лунку, провел разведку глубин, сбегав за сотню метров ближе к острову и прокрутив несколько лунок. Выводы были прогнозируемые: там было заметно мельче. Потом взялся за мористую сторону от нашей «базы». Первая лунка — метр пятьдесят, вторая — метр семьдесят, третья — упс... Опять метр пятьдесят. Канавка или приямок? Расположился на средней.

Три стука мормышкой по дну — и плавный подъем, резкий сброс — и опять все повторяется. Пока просто сижу, отдыхаю после разведки, рукой двигаю лишь по привычке и инерции. Но наконец силы вернулись. Внимательно слежу за кивком. И тут, по «доброй» традиции, дунуло. Да не накатом, а как-то внезапно и сильно. Рука без перчатки стала застывать. Но внезапная остановка кивка помешала натянуть рукавицу. Ну, красноперый красавчик, заходи в лунку! Тут не до спортивных ухваток: не вырываю из пасти мормышку, не забрасываю опять приманку, а с трудом достаю из-за пазухи фотоаппарат и пытаюсь навести резкость. Мои манипуляции не проходят незамеченными для соседей, краем глаза вижу: перебуриваются поближе...

Думал, пока с фотоаппаратом возился, от рыбы под лункой уже и след простыл. Куда там! Только опустил мормышку, три покачивания -опять поклевка. Почти такой же зачетный окунец, за двести точно. Встаю у лунки. Это знак приятелю: мол, есть рыба, иди сюда, если хочешь. Пока не замечает меня. Оглядываю округу. Повернешься на восток, ветер заставляет щуриться. А с юга надвигается громадная, во все небо, темно-серая пелена. Приятель уже волочит санки ко мне, но постепенно растворяется в белой пелене. Пошел валить снег. Крупные ватные холопья едва задерживаются на рукавицах и, сорванные ветром, продолжают свою круговерть. Я убираю рукавицы под себя и вновь берусь за удочку. Леску укорачиваю так, что почти семь сантиметров проводки можно делать, не вытаскивая кивок из ледяной трубы лунки. На этой удочке кивок короткий, специально поставил для ловли на ветру.

Только аккуратно мормышку приподнял — четкий и резкий сгиб. Ерш, ершище! Барахтается в снегу. У многих коллег не принято ершей отпускать, тем более в ту же лунку, где они были пойманы. А, была не была, плыви обратно. И тут же поклевка окуня в сто пятьдесят. И еще раз все повторилось: опять ерш попался и опять я его отпустил. И через минуту клюнул окунь на двести пятьдесят. Ай да обменный пункт! Вот так-то... И долой предрассудки!

Приятель расположился в паре метров от меня, борется с непослушным кивком. Черную мормышку с желтой бусиной я пока в сторону откладываю. К тому же на леске завязался узел. Лень на ветру перевязываться. Достал удочку с чертиком. Клюет окунь. Но размер так себе, до ста пятидесяти. То ли черт не тот, то ли трясти так и не научился толком. Решил испытать мормышку с красной бусиной. Долго поклевки ждал. Еще дольше потом негнущимися пальцами мормышку из пасти окуня выковыривал. На мормышку с красной бусиной, оказывается, тоже клюет. Наверное, и с белой бы клюнул. Но мне с желтой больше нравится, да и кивок на первой удочке как раз под такой ветрюган. Хотел к этой удочке вернуться, но вспомнил про узелок в тридцати сантиметрах от мормышки. Перевязывать или так обойдется? Беру себя в руки, сжимаю волю в кулак: надо перевязать, просто надо — и все. И спустя пять минут садится отчетливый полкилошник, заставляет понервничать, побороться всерьез. И кто знает, тот узел выдержал бы? Не помог бы расстаться со столь ценной для меня уловистой мормышкой?

Снег все валит и валит. Все соседи разъехались — или я их просто не вижу? Уже с трудом стал различать и приятеля. Немного пробежался для разогрева и разминки. Руки без рукавиц мигом замерзают, а в рукавицах плохо получается у меня безмотыльная проводка, да еще на таком ветрище. Опять присаживаюсь к чудо-лунке и выхватываю пяток колючих толстячков. Потом клев резко прекращается. Но я продолжаю трясти удочкой, медленно замерзая. Приятель укутался в плащ, весь залеплен снегом, сидит этаким сугробом, но что-то полавливает. Сначала нудящий звук мотора прорывается сквозь снежный заряд. Повернул к нам. Остановился наездник у самых лунок. «Где сорок пятый?» Машу рукой молча. Ему, похоже, невдомек, что мы тут рыбу ловим. На «собаку» хватило денег, а на компас и разум, видимо, уже не осталось. Только скрылся, новый звук, еще мощнее. Иронично ухмыляюсь и делаю прогноз: «Смотри, сейчас к нам поедут». Вопрос один в один, без остановки двигателя «ямахи»: «Где сорок пятый?» Ни здрасте, ни пожалуйста. Правильно, что сопли развешивать! Рыбаки же все равны! Разве нет? Мелко здесь и рыбу пугаем? Ерунда! Найти легко можно. Вжиг, и поехал на другую точку... Разве нет? Что тут ответишь...

Снег был мокрым и липким. Лунки мгновенно заметало. Белые мухи ползали по лицу, забирались за воротник, оставляли сырость в карманах. Рукавицы полностью промокли, хотя еще держали тепло. Утрамбовав улов в ведро, мы решили брести к своему берегу. Два навигатора вселяли уверенность. Точка, где была оставлена наша видавшая виды рыбацкая машина, призывно светилась на карте прибора. До нее оставалось по сугробам всего восемь двести...

Прогноз погоды сбылся лишь наполовину. Обещали встречный «вмордувинд» как раз к тому времени, как мы соберемся домой. Не случилось. Обещали минус восемь. Не было. Обещали даже вечернюю грозу! Уф, и с ней пронесло. Спасибо природе.

Спасибо далеким островам, которые почему-то манят к себе окуней, а те, в свою очередь, влекут нас, отчаянных рыболовов. Спасибо приятелю, которого я таскаю за собой к черту на рога.

 

Микола ЗУХАРЬ, Череповец. Фото автора

 

Написать отзыв