Меню 
Skip to content
 

Щуки реки Сыни

Щуки реки СыниЕсли вы брезгливо называете щуку «жабой» или вовсе не считаете ее за рыбу, то значит, вы не ловили (и не ели) щук на Приполярном Урале. Если бы ловили и ели, то так ее назвать у вас язык бы не повернулся. Если сравнивать со щуками средней полосы, то северная щука — это совсем другая рыба. У нее даже цвет мяса совершенно другой — янтарный. Про вкус и говорить не буду — надо просто попробовать один раз, и всё сами поймете. А секрет — в питании: щука Приполярного Урала отъедается до гигантских размеров, пожирая сига. Ход сига на нерест — это «праздник живота» для щуки.

 Я несколько раз был на Приполярном Урале, и всегда мой поход заканчивался еще до начала хода сига на нерест. Я не знал, что происходит на реке, когда сиг идет на икромет. А вот щука точно знала, где пойдут косяки рыбы, и в огромном количестве собиралась в лучших местах для охоты. В этот раз мы тоже останавливались в таких местах, уверенные, что щуки будут выстраиваться в очередь, чтобы проглотить наши приманки. После слияния Мокрой и Сухой Сынь в одну большую Сыню и начиналось такое щучье царство и рыбацкое эльдорадо.

 Но нашли мы щуку значительно раньше, еще до слияния двух Сынь. Решили обловить один из притоков и вместо ожидаемого хариуса поймали окуня. Продвинулись чуть выше по притоку, я забросил колебалку, и она даже не успела упасть на дно — щука, хорошая такая щучка, точно больше трех кило. Но мы были на катамаране, а брать щуку из воды с ката не очень удобно. Все мои просьбы не вытаскивать щуку за шнур, а взять за поводок, Андрюха проигнорировал, и моя любимая Little Cleo осталась щуке на память в виде пирсинга. Вторая щука не заставила себя долго ждать, но Андрей явно играл в гринписовца и снова сделал все, для того гринписовца и снова сделал все, для того чтобы и эта моя щука ушла. Как итог, он сам поймал зачетную щуку нам на ужин, правда к моей помощи он прибегнуть не рискнул и чтобы взять рыбу, ему пришлось слезть с ката.

 Теперь, по идее, надо было оснащать все приманки поводками — щука могла оказаться в любом месте. Но мы точно знали, где на этой речке живут «крокодилы». Эти места называются курьями. Курья — это залив, отгороженный от основного течения каменистой грядой. Таких мест на речке хватало: где-то это были неглубокие заливы, и щуки там было мало, где-то — настоящие ямы, где щук было очень много.

 Увидев очередной подходящий приток, мы зашли в него в надежде от души половить щучку и… что называется, обломались по полной. Выйдя на берег, обкидали все перспективные места у впадения притока в Сыню и всем, что было у нас в коробках. Колебалки и вертушки, попперы и волкеры — ничто не соблазнило зубастую. Сначала мы подумали, что ее тут просто нет или прошедшие по реке перед нами группы занимались рыбозаготовками. Для проверки своих предположений решили на катамаране подняться по притоку и попробовать там поискать щучку. Но тут же обнаружили, что щуку искать не надо: она была везде — нагло проплывала под нашим катамараном, не обращая никакого внимания ни на нас, ни на наши приманки. Полчаса мы пытались хоть чем-то соблазнить наш потенциальный обед и ужин, но так и не смогли.

 Такое поведение хищницы меня сильно удивило. Я знал, что, например, у подмосковных щук бывают кратковременные выходы, когда они желают откушать, а остальное время постятся, но чтобы щука на Приполярном Урале не обращала внимания на приманку?! Попытались списать все на погоду, давление, полнолуние, но реальная причина бесклевья была в другом. На нерест шел сиг. Я, если честно, не разбираюсь, чем отличается пыжьян от сырка, чир от щокура — по мне сиг и есть сиг. Эта вкусная рыба шла большими косяками, делая передышку в тех самых заливах-курьях, где мы собирались ловить щук.

 Ну скажите на милость, какой блесной можно соблазнить щуку, если эту блесну невозможно провести даже три метра? Там, где щуки должны были поотрывать нам руки, плотной стеной стоял сиг. Сиг цеплялся за блесну всеми частями тела даже при очень медленной проводке. Было видно, что он зачем-то атакует проходящую мимо него приманку, но было также очевидно, что съедать ее он не собирается. А что касается зубастых, то у них явно имелась гораздо более привлекательная альтернатива всем нашим «железкам» и воблерам.

Я снова достал забытый было на-хлыст, но на мою любимую муху сиг вышел всего пару раз за пять минут — хватал муху, но выплевывал ее значительно раньше, чем я успевал подсечь.

Решил поставить мушку, имитирующую малька. Заброс, несколько рывков удилищем, заставляющих приманку двигаться, и на моих глазах сиг резко атакует муху и глубоко заглатывает. Первый пошел!

 Это уже совсем другое дело! Вечером сварили двойную уху из свежепойманных сигов. Вкушая вкуснейшее блюдо, на время забыли про щук. Но забыли только до следующего утра. Грех был не поймать зубастую красавицу солидных размеров, притом что ветер был попутный и было время для рыбалки. Но повторилась вчерашняя картина: щука плавала перед нами, иногда даже неспешно провожала наши блесны до берега, но хватать их категорически отказывалась.

 По реке шли огромные косяки сига и еще какой-то рыбы, небольшого размера, с красными плавниками, определенной нами как мелкий язь. Мы медленно двигались по реке в конечную точку сплава, а нам навстречу двигались табуны рыб, которые сопровождали зубастые хищницы. Создавалось впечатление, что мы плывем по поверхности огромного и длинного аквариума, который сделала сама мать-природа. Прозрачность воды и поляризационные очки позволяли разглядеть все происходящее под водой. А посмотреть было на что. Над рекой то и дело раздавались возгласы: ого, какая щука! -обалдеть, сколько сига! — ух ты, какой крокодил под катом проплыл!

 Мы продолжали облавливать самые интересные места, курьи и притоки, надеясь все-таки взять достойных щук, и наши труды не пропали даром. В тех местах, где приманка не скакала по спинам сигов, щука все же, как бы нехотя, но проявляла интерес к нашим железкам. Она не заглатывала приманку «до самых гланд», как это случалось, когда сига в реке еще небыло, а лишь пыталась ее слегка прикусить, попробовать на зубок — почти у всех пойманных нами щук тройник держался за край губы.

 А щуки попадались действительно достойные! В одной курье, очень глубокой, мы не обнаружили ни одного сига, что давало надежду на успех. Каждый из нас сделал всего лишь по одному забросу, и каждый из нас поймал по хорошей щуке.

 Рыба, живущая в речке с сильным течением, сама становится очень сильной и сопротивляется соответственно. Тащить местную щуку весом в 5 кг — это как тащить щуку на 8 или даже 10 кг где-нибудь на нижневолжских раскатах. По второму забросу мы даже не стали делать — впечатлений и эмоций хватило и после первого.

 Но больше всего нас поразило зрелище, которое мы наблюдали в месте впадения другого очередного притока. Стайная охота щук — это что-то неописуемое. То туг, то там раздавались одиночные всплески. Сотни мелких рыб веером вылетали из воды, пытаясь избежать пасти хищницы. Но в какой-то момент все стихало, и тишина эта длилась несколько минут. Мы забрасывали блесну, но провести ее по-прежнему было невозможно. Как вдруг по всей ширине реки одновременно у всех щук началась «царская охота». Фонтаном брызг тысячи мелких рыб в страхе выскакивали из воды, не желая быть съеденными. Коллективные атаки щук не прекращались ни на минуту. Мы стояли завороженные на берегу и наблюдали это удивительное зрелище. Я такого прежде никогда не видел. Мы даже не пытались ловить — это выглядело бы смешно. Мы просто стояли и лицезрели.

 А еще через несколько километров сплава у меня случился, пожалуй, самый запоминающийся эпизод всей рыбалки. Мы уже искали место для стоянки и нашли неплохую точку на повороте реки, где на воде то и дело раздавались всплески. Мне показалось, что это те же косяки сига идут на нерест и подбирают что-то с поверхности. Пока ребята разведывали берег на предмет его пригодности для стоянки, я взял свою лайтовую палочку «Норстрим Ареал» с тестом до 8 грамм и прицепил мюрановский «Агат» весом 10 грамм. Для этой палки такой перегруз не проблема. Плетенка РР 5 lb — и никакого поводка. Просто я задался целью поймать сига.

 Я всегда считал, что большие рыбы ловятся на большие приманки, но, как это часто бывает, рыбалка опровергает любые теории. На мой маленький «мюран» соблазнился отнюдь не сиг, а очень приличная, как я сразу понял, зубастая хищница. Шансов вытащить такую щуку без поводка было немного. Да и спиннинг не богатырский. Но несколько минут борьбы, никакой спешки — и щука на берегу! Весы показали почти 8 кг. Это была самая крупная щука нынешнего путешествия.

 А вечером мы решили на этом же плесе погонять мыша. Не живого, понятно, а вырезанного из китайского тапочка. На тайгу уже опустилась ночь, а на реке все еще кто-то жировал. Этот «кто-то» оказался язем. Таких язей я прежде никогда не ловил. Андрей, который вытащил огромного язя первым, сначала даже не мог понять, что за рыбу он поймал. Я тоже

поймал нескольких язей на мышку из тапка, но они были поменьше размером. Сделать нормальный кадр ночью у меня так и не получилось, но и без фото вспоминать этот день рыбалки я буду всю жизнь.

 А потом характер реки снова изменился: обросшие зеленой тиной камни исчезли, пошло песчаное дно. Мы продолжали любоваться подводным миром — в этой части природного аквариума жили окуни. Большие полосатые окуни, которые стаями и стайками проплывали под нашим катом… или наш катамаран проплывал над ними. Мы остановились на очередном повороте реки, где скопление окуней было просто огромным, и немного половили. Окунь отлично брал на все, что мы ему предлагали. Жареное филе свежего окуня — еще одно деликатесное блюдо, которое подарила нам таежная речка, покорившая нас своей красотой, чистой водой и постоянной сменой подводных декораций.

Константин Алексеев (Фото автора)

Написать отзыв