Рыба постоянно смещается с места ловли чуть ниже, причем постоянно отходит к самой закраине, на границу чистой воды и льда. Идти по хрустящему и гнущемуся льду без пешни было совсем уж глупо, хотя лед в такой мороз становится чуть ли не каменным — даже бурится с трудом. Поэтому в основном ловил кадры фотоаппаратом и смотрел, кто, на что и как ловит. Интересно, что лещ все время сваливался ниже и ниже — его постоянно царапали и беспокоили приманками. Иногда попадался на балансиры «по-честному» — в рот. Кто-то багрил целенаправленно. Странно, что «сумеречные» судаки, при глубине ловли порядка 5 м клевать начинали гораздо позже щуки. То есть большинство поклевок щуки было на рассвете, а часам к 10-11 ловилось больше всего судаков. Может, объяснение в том, что ночью ГЭС либо ненадолго выключали, либо сбавляли нагрузку, и на рассвете струя гуляла, создавая турбулентности. Подходы рыбы каждый день были разные. Если в субботу и в воскресенье ловились и щуки, и судаки, то в понедельник всего пара щук, зато судаков нашли рядом с лещами — экстремалы поймали под два десятка. Во вторник сделал перерыв, в среду не поймали ни одной щуки, а ловились в основном судачки-недомерки до полкило, зато у всех. В четверг добивали остатки хеков. Видел, что поймали пару щук по 2-3 кг. Сбежали в одиннадцать: -30 и ветер 5-6 метров в секунду. Пока приманку меняешь — руки отхватывает, пока переходишь между лунками полсотни метров — подмораживаешь то нос, то щеки.
VENI, VIDI, VICI
А в пятницу рыбалка получилась выдающаяся. Открытая Волга парит. Рассвет задерживается. Левого берега за туманом не видно. Стена пара закрывает горизонт, ветром ее натягивает на город. Но вот солнце поднимается над серой стеной тумана. Открывает белоснежные, в инее, парки по берегам, виднеются лишь вершины балок волжского моста, купола Спасо-Преображенского собора сияют золотом. Становится теплее. Пришел около полвосьмого. Саша Хлебодаров уже на месте — машет, подзывает, кивает на кровь у майны, где блеснит. Щука на двушку — только и успел дно найти и три раза дернуть! Бурюсь ниже по течению. Немного подергал, а впереди, метрах в ста, где засела основная группа блеснилыциков, на льду прыгает такой оковалок… Народ собирается вокруг счастливчика. Бросаю блес-нилку. Самое щучье время, но любопытство сильнее желания поймать. Щуку быстро схватывает мороз. Она вяло шевелится. Восхищению собравшихся нет предела — рыбина 12 кг! Дед, изловивший трофей, еще не пришел в себя.
— И что мне теперь делать? Домой идти? Как ее нести-то?
Вынимают из пасти намертво вцепившуюся блесну. Желтая коронка, тяжелая напайка с обратной стороны. Абсолютно симметричный эллипс с антипланирующими свойствами! Бренды нервно курят в сторонке.
— Леска-то оборвана!
